лучшая форма государства для фомы аквинского

Учение Фомы Аквинского о формах правления

Средневековье, как говорилось выше, было пронизано христианским мировоззрением на жизнь, общество и процессы, проходящие в нём (экономические, политические, социальные). Определённо, Папский Престол сыграл значительную роль (воздействие) в политической жизни Средневековой Европы. Пик этого воздействия был достигнут в XIII веке, когда завершилось формирование особой системы учения – схоластики (теологического учения, которое было ориентировано на оправдание принципов веры средствами человеческого разума. Именно с позиции схоластического учения стоит рассматривать раннею политическую мысль Средневековой Европы, так как богословие постепенно вытеснило философию, но особо не утратило её черт и знаний, тем самым продолжив развивать политическую мысль, которая к тому времени уже обогатилась воззрениями античных мыслителей.

В развитии политической мысли Средневековья большую роль сыграл Томас Аквинат, иначе Фома Аквинский (1225-1274 гг.) богослов, монах, представитель схоластического течения, который на ряду с религиозными вопросами, в своих трудах поднимал политические и правовые вопросы. Его идеи о государстве, законах, праве прочесть в таких трудах как: «О правлении государей» (1265-1266 гг.), а также «Сумма теологии» (1266-1274 гг.) и много других.

Во многом, Фома Аквинский перенял Аристотелевские идеи о политике, так как был знаком с его политическими трудами. В последствии эти идеи он воплотил в новой, до сего невиданной, христианской доктрине государственного устройства. Так, Аквинский был солидарен с Аристотелем в том, что человек есть «существо общественное и политическое»[25]: в человеке с рождения заложено понимание и стремление объединиться в некую общественную форму, выражением которой будет государство. На фоне социальных и биологических потребностей и возникает политическое объединение. Социальная структура государства у Фомы Аквинского складывается из ремесленников, солдат, земледельцев, политиков, землевладельцев, священнослужителей и других. Государство, по мнению Аквинского, функционирует только тогда, когда природа произведет такую массу людей, среди которых одни являются физически крепкими, другие – мужественными, третьи – проницательными в умственном отношении. В этом разделении Фома Аквинский также идет вслед за Аристотелем и утверждает, что эти различные категории работников необходимы для государства в силу его «природы».

Как и у мыслителей Античности, у Фомы Аквинского целью государственности является достижение «общего блага», которое выражается в том, чтобы обеспечить достойные и разумные условия жизни подданным (гражданам). Именно в сохранении феодально-сословного строя, в котором отдельные лица и богачи будут иметь привилегированное положение, а из политики будут отчуждены торговцы, ремесленники, земледельцы, Фома Аквинский видит достижение «общего блага».

Как говорилось выше, на Фому Аквинского оказали существенное влияние воззрения Аристотеля, поэтому он имел особое представление и о других формах государственного правления: олигархии, аристократии,демократии, политии. Но среди этого множества наиболее лучшей им выделялась монархия. При этом он выделял две формы монархического правления – абсолютную монархию и монархию политическую. Вторая, по мнению Аквинского, обладает рядом преимуществ и отличается от первой тем, в ней существенной силой выступают крупные феодалы (духовные и светские). Так, во второй форме монархии: «Власть монархов стоит в зависимости от закона и не выходит за его рамки». В свою очередь в первой: «Власть монархов не стоит в зависимости от закона, и монарх в праве поступать как хочет, так как в его руках состоят все ветви власти».

Таким образом, можно сказать, что наилучшей формой правления у Фомы Аквинского является монархия, причём в ней уже прослеживаются некоторые элементы конституционной монархии, где правитель правит в соответствии с законом и не выходит за его рамки, где народ не угнетается правителем, где сам монарх заинтересован в том, чтобы его подданные благоденствовали и ни в чём не нуждались.

Источник

Учение Фомы Аквинского о законах, власти и церкви

Фома Аквинский (XIII в.), философ и теолог, крупнейший представитель средневековой схоластики, его основной задачей было доказывание истинности догматов религиозного учения римско-католической церкви. Фома Аквинский воспринял идеи Аристотеля, направив их на служение церкви. Его сочинения: «О правлении князей», «Сумма теологии», «Комментарии к «Политике» Аристотеля», «Комментарии к «Этике» Аристотеля», «Сумма против язычников».

Фома Аквинский считал, что разум должен быть подчинен вере. Фома Аквинский подчеркивал неизбежность рабства как наказания за людские грехи, справедливость сословного разделения общественной структуры.

Фома Аквинский видел задачу государства в том, что государство должно прежде всего охранять веру, католическую церковь. При столкновении интересов церкви и государства Фома Аквинский допускал возможность народного антиправительственного восстания против богомерзкого режима. Следуя за апостолом Павлом, Фома Аквинский утверждал Божественную сущность государственной власти, но не отдельного правителя, который может быть греховен. Государственная власть распространяется только на земные дела. Церковная власть решает духовные дела, светским государям следует ей подчиняться, так как римский папа – наместник Бога на земле (переработанная идея Августина Блаженного о двух градах). Фома Аквинский резко выступал против еретиков, допуская их казнь, поэтому оправдывалась необходимость инквизиции.

Вслед за Аристотелем Фома Аквинский выделял три пары форм государства (в каждой по справедливой и несправедливой): монархия – тирания, аристократия – олигархия, полития – демократия. Наиболее естественная форма правлениямонархия: монарх должен олицетворять весь народ и заботиться о нем.

Право издания общеобязательных законов – основной признак государственной власти. Подразделял законы на категории:

1. Вечный закон – главный, управляющий миром и естественными склонностями живых существ Божественный разум.

2. Естественный закон – отражение вечного закона во всех живых существах, фундамент позитивного права, заключающийся в законах природы и морали.

3. Человеческий закон – позитивное право, основанное на естественном праве и расширяющее его трактовки. Однако иногда человеческий закон, с сожалением отмечает Фома Аквинский, не совпадает с нормами естественного закона.

4. Божественный закон – Священное Писание. Нарушение любого закона наказуемо.

Фома Аквинский сформулировал 5 доказательств бытия Бога, описываемого как первопричина и конечная цель сущего. Признавая относительную самостоятельность естественного бытия и человеческого разума, Фома Аквинский утверждал, что природа завершается в Божественной благодати, разум – в вере.

Римско-католической церковью Фома Аквинский был объявлен святым, а его учение (томизм) – единственно истинной философией католицизма.

Источник

Концепция управления Фомы Аквинского.

Фома Аквинский (Аквинат) (1225-1274) – один из выдающихся мыслителей средневековой Европы, философ и теолог, доминиканский монах, систематизатор средневековой схоластики и учения Аристотеля.Родился в конце 1225 или начале 1226 года в замке Роккасекка, родовом замке близ Аквино, в Неаполитанском королевстве.

О Фоме Аквинском Фома Аквинский жил во времена, когда Западная Европа разделилась на множество феодальных княжеств. При всем этом католическая церковь явилась единственной силой, объединившей данные княжества. В это время произошло образование первых университетов, что поспособствовало развитию философии. В Болонье в 1158 г. открылся первый университет. В таких университетах происходили возрождения учений Аристотеля. Фома Аквинский был одним из первых мыслителей, который желал на основе идей античного ученого, систематизировать, свести к единому знаменателю христианские теории и идею.

Созданный Фомой Аквинским знаменитый трактат «Сумма теологии» стал своего рода энциклопедией католицизма. В своих политических, экономических и управленческих воззрениях автор опирался в основном на Аристотеля, но развивал и ряд собственных положений. Он ратовал за централизацию власти, указывая, что над Вселенной стоит Бог, в теле доминирует сердце, и даже у пчел есть царица. При этом он подчеркивал, что королям следует подчиняться римскому папе.

Аквинат решительно осуждал стремление к социальному равенству, общество мыслилось им как иерархическое и сословное. Он уверял, что «подняться выше своего сословия грешно», так как деление на сословия «установлено Богом». Высшим благом для человека объявлялось «созерцание Бога», а не накопление богатства. Вслед за Аристотелем и в соответствии с догмами «евангельского христианства» Фома Аквинский оправдывал рабство, усматривая его корни в естественном различии людей, их грехов­ности. Рабы обрекались на роль пчел, которые собирают мед для господ. При этом Аквинат ссылался на полезность рабовладения, хотя и признавал (вслед за римскими юристами), что оно не имеет «естественного основания». Крепостничество воспринималось им как бесспорное явление.

Важным элементов в системе государственного управления является закон. Закон определяется Аквинатом как общее право для достижения цели, правило, которым кто-либо побуждается к действию или к воздержанию от него. Взяв у Аристотеля деление законов на естественные (они самоочевидны) и положительные (писаные), Фома Аквинский дополнил его делением на законы человеческие (определяют порядок общественной жизни) и божественные (указывают на пути достижения «небесного блаженства»).

Человеческий закон – это положительный закон, снабженный принудительной санкцией против его нарушений. Совершенные и добродетельные люди могут обходиться и без человеческого закона, для них достаточно и естественного закона, но чтобы обезвредить людей порочных и не поддающихся убеждениям и наставлениям, необходимы страх наказания и принуждение. Человеческим (положительным) законом являются только те человеческие установления, которые соответствуют естественному закону (велениям физической и нравственной природы человека), иначе эти установления – не закон, а лишь искажение закона и отклонение от него. С этим связано отличие справедливого человеческого (позитивного) закона от несправедливого.

Позитивный божественный закон – закон, данный людям в божественном откровении (в Ветхом и Новом завете). Библия учит, какой образ жизни Бог считает для людей правильным.

В трактате «О правлении государей» Фома Аквинский поднимает еще одну очень важную тему: взаимоотношение церковной и светской властей. Согласно Фоме Аквинскому, высшая цель человеческого общества – вечное блаженство, но для ее достижения усилий правителя недостаточно. Забота об этой высшей цели возлагается на священников, и особенно на наместника Христа на земле – папу, которому все земные правители должны подчиняться, как самому Христу. В решении проблемы соотношения церковной и светской властей Фома Аквинский отходит от концепции непосредственной теократии, подчиняя светскую власть церковной, но различая сферы их влияния и предоставляя светской власти существенную автономию.

Представления Фомы Аквинского о государстве – первая попытка развить христианскую доктрину государства на базе аристотелевской «Политики».

От Аристотеля Фома Аквинский перенял мысль о том, что человек по природе есть «животное общительное и политическое». В людях изначально заложено стремление объединиться и жить в государстве, ибо индивид в одиночку удовлетворить свои потребности не может. По этой естественной причине и возникает политическая общность (государство). Процедура создания государства аналогична процессу сотворения мира Богом, а деятельность монарха схожа с активностью Бога.

Цель государственности – «общее благо», обеспечение условий для достойной жизни. По мнению Фомы Аквинского, реализация данной цели предполагает сохранение феодально-сословной иерархии, привилегированное положение власть имущих, исключение из сферы политики ремесленников, земледельцев, солдат и торговцев, соблюдение всеми предписанного богом долга повиноваться высшему сословию. В этом разделении Фома Аквинский также идет вслед за Аристотелем и утверждает, что эти различные категории работников необходимы для государства в силу его природы, которая в его теологической интерпретации оказывается, в конечном счете, реализацией законов Провидения.

Защита интересов папства и устоев феодализма методами Фомы Аквинского порождало определенные трудности. Например, логическое толкование апостольского тезиса «всякая власть от Бога» допускало возможность абсолютного права светских феодалов (королей, князей и других) на управление государством, то есть позволяло обращать этот тезис против политических амбиций римско-католической церкви. Стремясь подвести базу под вмешательство клира в дела государства и доказать превосходство духовной власти над светской, Фома Аквинский ввел и обосновал три элемента государственной власти:

1.сущность; 2.форма (происхождение); 3.использование.

Сущность власти – это порядок отношений господства и подчинения, при котором воля лиц, находящихся наверху человеческой иерархии, движет низшими слоями населения. Данный порядок заведен богом. Таким образом, по своей исконной сути власть есть установление божественное. Потому она всегда есть нечто хорошее, благое. Конкретные же способы ее происхождения (точнее, завладения ею), те или иные формы ее устройства могут иногда являться дурными, несправедливыми. Не исключает Фома Аквинский и ситуаций, при которых пользование государственной властью вырождается в злоупотребление ею: «Итак, если множество свободных людей направляется властителем к общему благу этого множества, это правление прямое и справедливое, какое и подобает свободным. Если же правление направлено не к общему благу множества, а к личному благу властителя, это правление несправедливое и превратное». Стало быть, второй и третий элементы власти в государстве подчас оказываются лишенными печати божественности. Это случается тогда, когда правитель либо приходит к кормилу власти при помощи неправедных средств, либо властвует несправедливо. И то и другое – результат нарушения заветов Бога, велений Римско-католической церкви как единственной власти на земле, представляющей волю Христа.

Насколько действия правителя отклоняются от воли божьей, насколько они противоречат интересам церкви, настолько подданные вправе, с точки зрения Фомы Аквинского, оказывать этим действиям сопротивление. Правитель, который властвует вопреки законам Бога и принципам морали, который превышает свою компетенцию, вторгаясь, например, в область духовной жизни людей или облагая их чрезмерно тяжелыми налогами, – превращается в тирана. Так как тиран печется только о своей выгоде и не хочет знать общей пользы, попирает законы и справедливость, народ может восстать и свергнуть его. Однако окончательное решение вопроса о допустимости крайних методов борьбы с тиранией принадлежит, по общему правилу, церкви, папству.

Республику Фома Аквинский считал государством, пролагающим путь к тирании, государством, раздираемым борьбой партий и группировок. Тиранию он отграничивал от монархии, которую оценивал как лучшую форму правления. Он отдавал предпочтение именно монархии по двум причинам. Во-первых, ввиду ее сходства с мирозданием вообще, устроенным и руководимым одним богом, а также из-за ее подобия человеческому организму, разнообразные части которого объединяются и направляются одним разумом.

«Итак, один управляет лучше, чем многие, потому что они только приближаются к тому, чтобы стать единым целым. К тому же то, что существует по природе, устроено наилучшим образом, ведь природа в каждом отдельном случае действует наилучшим образом, а общее управление в природе осуществляется одним. Ведь и у пчел один царь, и во всей вселенной единый Бог, творец всего и правитель. И это разумно. Поистине всякое множество происходит от одного». Во-вторых, вследствие исторического опыта, демонстрирующего (как был убежден теолог) устойчивость и преуспеяние тех государств, где властвовал один, а не множество.

Пытаясь решить актуальную для того времени проблему разграничения компетенции светской и церковной властей, Фома Аквинский обосновал теорию автономии властей. Светская власть должна управлять только внешними действиями людей, а церковная – их душами. Фома предусматривал пути взаимодействия этих двух властей. В частности, государство должно помогать церкви в борьбе с ересью.

Особенности политических учений Средневековья:

1) господство католической церкви в социально-политической жизни общества;

Источник

36. Воззрения Фомы Аквинского на сущность государства

36. Воззрения Фомы Аквинского на сущность государства

Фома Аквинский (1224–1274) считается крупнейшим схоластом своего времени. Наибольшее раздражение у него вызывало учение Аверроэса о «двойственной истине», предполагавшее относительность суждений. Церковные постулаты были для него незыблемы, в свете этого он подчеркивал неизбежность рабства как наказания за людские грехи, справедливость сословного разделения общественной структуры, но в то же время он разделял воззрения Аристотеля, который видел задачу государства во всеобщем благе граждан, правда, Фома Аквинский дополнил учение церковным элементом, задачей государства он видел охрану веры и католической церкви.

Исходя из такого понимания государства, он признавал, что при столкновении интересов церкви и государства возможно народное восстание против богомерзкого режима. Как и другие отцы церкви, он видел в государственной власти божественную сущность, но понимал, что конкретные правители могут оказаться греховными. По Фоме Аквинскому государственная власть распространяется только на земные дела.

Основным признаком государственной власти Фома Аквинский считал право издания законов. Церковная власть стоит выше мирской, она решает духовные дела, римский папа является наместником Бога на земле, поэтому светским государям следует подчиняться церкви. В основе идеи Фомы Аквинского лежит учение Августина Блаженного о двух градах. Фома Аквинский видел задачу церкви в борьбе против еретиков, признавал необходимость их казни и инквизиции. Только так можно очистить мир от наиболее греховного элемента.

Сообразно учению Аристотеля, Фома Аквинский выделял справедливые и несправедливые формы государства, организованные попарно: монархия — тирания, аристократия — олигархия, полития — демократия. Правильными он считал монархию, аристократию, политию. Но лучшей и отвечающей природе человека считал монархию, при условии, что монарх олицетворяет весь народ и заботится о его благополучии. В республике Фома Аквинский видел излишнее разнообразие, которое способно приводить к греховным последствиям. Идеальным он считал правильное государство, где все направлено на укрепление веры и общее благо.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

35. Воззрения Фомы Аквинского на иерархию форм

35. Воззрения Фомы Аквинского на иерархию форм Фома Аквинский (1224–1274) является крупнейшим представителем средневековой схоластики. Его ум был направлен на поиск доказательств истинности догматов религиозного учения римско-католической церкви. Фома Аквинский считал,

Читайте также:  лучшие летние штаны мужские

37. Воззрения Фомы Аквинского на законы

37. Воззрения Фомы Аквинского на законы Основным признаком государственной власти Фома Аквинский считал право издания законов, поэтому большое место в его политико-правовой доктрине занимает учение о законах, их видах и соподчиненности. По этой доктрине закон

38. Воззрения Фомы Аквинского на неравенство людей

38. Воззрения Фомы Аквинского на неравенство людей Фома Аквинский уделял большое внимание обоснованию сословного неравенства. В его время одним из лозунгов еретических движений была идея равенства во Христе, которое понималось как отрицание сословных привилегий,

58. Воззрения Т. Гоббса на происхождение государства

58. Воззрения Т. Гоббса на происхождение государства Т. Гоббс считается основоположником механистического материализма. Математический (геометрический) метод он считал универсальным для всего научного познания. Механистические воззрения Т. Гоббс перенес и на природу

73. Воззрения Канта на сущность государства

73. Воззрения Канта на сущность государства Кант считал, что государственность порождается и оправдывается требованиями категорического императива. Осуществление права как общеобязательного возможно лишь через его наделение принудительной силой, а это обеспечивает

Глава 2. Теории происхождения государства и права. Типология государства

Глава 2. Теории происхождения государства и права. Типология государства Существует множество теорий происхождения государства. Они возникали в разные периоды исторического развития у разных народов, и их изучение дает ключ к пониманию закономерностей зарождения и

Глава 3. Сущность государства и права

Глава 3. Сущность государства и права Существует множество определений государства, являющихся по сути попытками уяснить саму сущность государств, которая в научной литературе рассматривается обычно в двух аспектах: с общефилософских позиций и с позиций социальной

§ 3.1. Сущность государства

§ 3.1. Сущность государства Сущность государства как общественного явления представляет собой «многогранный стержень», который состоит из множества взаимосвязанных внутренних и внешних сторон, придающих ему качественную определенность универсальной управляющей

§ 7.1. Механизм государства. Отождествление механизма государства с аппаратом государственной власти

§ 7.1. Механизм государства. Отождествление механизма государства с аппаратом государственной власти В предыдущих главах государство рассматривалось как некая абстрактная категория, имеющая различные формы, выполняющая разнообразные функции, прямо не касающиеся

3. Возникновение государства. Форма государства, основные формы правления

3. Возникновение государства. Форма государства, основные формы правления Возникновение государства связано с комплексом экономических, географических, религиозных и иных факторов.Основными причинами возникновения государства являются:1) переход от «присваивающей»

ЛЕКЦИЯ № 3. Сущность и типы государства

ЛЕКЦИЯ № 3. Сущность и типы государства 1. Понятие и признаки государства Вопросы о государстве, его понятии, сущности и роли в обществе с давних пор относятся к числу основополагающих и дискуссионных в государствоведении. Это объясняется тремя причинами. Во-первых, эти

§ 4. Сущность государства

§ 4. Сущность государства Сущность государства – смысл, главное, глубинное в нем, что определяет его содержание, назначение и функционирование. Таким главным, основополагающим в государстве являются власть, ее принадлежность, назначение и функционирование в обществе.

3.2 Сущность государства

3.2 Сущность государства Под сущностью любого явления в философии понимается совокупность наиболее важных, устойчивых, глубинных связей, отношений и внутренних закономерностей, присущих данному явлению и определяющих его главные черты и тенденции развития.

7.4 Понятие, сущность бюрократии и ее роль в выполнении функций государства

7.4 Понятие, сущность бюрократии и ее роль в выполнении функций государства Как уже отмечалось, отличительным признаком государственного аппарата является то, что в его составе работают специалисты на профессиональной основе. Их обычно называют государственными

4. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ФОРМ ГОСУДАРСТВА

4. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ ФОРМ ГОСУДАРСТВА Форма государства – организация государственной власти, включающая форму правления, внутреннее территориальное устройство и политический режим.Форма правления – структура высших органов государственной власти, порядок их

Источник

Учение Фомы Аквинского о государстве и праве

dark fb.4725bc4eebdb65ca23e89e212ea8a0ea dark vk.71a586ff1b2903f7f61b0a284beb079f dark twitter.51e15b08a51bdf794f88684782916cc0 dark odnoklas.810a90026299a2be30475bf15c20af5b

Аристотель о происхождении, сущности и формах государства.

По Аристотелю, государство есть продукт естественного развития. Аристотель, как и Платон, воспринимает государство как цельный организм, основанный на человеческом общении, ведь человек всегда нуждается в общении. Семья постепенно разрастается в селение, которое, в свою очередь, со временем становится государством.

Правильные формы правления в государстве (по Аристотелю): монархия, аристократия, полития. Они опираются на законы, нацелены на общее благо.

Неправильные формы правления в государстве (по Аристотелю): тирания, олигархия, демократия. Для них характерно беззаконие, общие интересы не соблюдаются.

image001

Учение Фомы Аквинского о государстве и праве

Вершины могущества как в политической, так и в духовной жизни средневековой Европы папство достигло в XIII в. Тогда же завершилось создание системы схоластикикатолицистской теологии, ориентированной на оправдание постулатов веры средствами человеческого разума. В ее построении чрезвычайно большую роль сыграл доминиканский монах, ученый-богослов Фома Аквинский (Аквинат) (1225–1274), чьи сочинения явились своего рода энциклопедией официальной церковной идеологии Средних веков. Наряду с массой других предметов, трактуемых в этих сочинениях, Аквинат касается, конечно, и вопросов государства, закона, права. О них речь идет в труде «О правлении властителей» (1265–1266 гг.), в произведении «Сумма теологии» (1266–1274 гг.) и в иных работах.

В своих произведениях ученый-богослов пытается приспособить взгляды Аристотеля к догматам католической церкви и таким путем еще более укрепить ее позиции. Представления Фомы Аквинского о государстве – первая попытка развить христианскую доктрину государства на базе аристотелевской «Политики» (кстати говоря, переведенной на латинский язык и тем самым вошедшей в научный оборот лишь в конце 1250-х гг.).

От Аристотеля Аквинат перенял мысль о том, что человек по природе есть «животное общительное и политическое». В людях изначально заложено стремление объединиться и жить в государстве, ибо индивид в одиночку удовлетворить свои потребности не может. По этой естественной причине и возникает политическая общность (государство). Процедура же учреждения государственности аналогична процессу сотворения мира богом. При акте творения сперва появляются вещи как таковые, потом следует их дифференциация сообразно функциям, которые они выполняют в границах внутренне расчлененного миропорядка. Деятельность монарха схожа с активностью бога. Прежде чем приступить к руководству миром бог вносит в него стройность и организованность. Так и монарх первым делом учреждает и устраивает государство, а затем начинает управлять им.

Цель государственности – «общее благо», обеспечение условий для достойной, разумной жизни. По мнению Аквината, реализация данной цели предполагает сохранение феодальносословной иерархии, привилегированное положение облеченных властью лиц и богачей, исключение из сферы политики земледельцев, мелких ремесленников и торговцев, соблюдение всеми предписанного богом долга повиноваться высшему сословию – правителям, олицетворяющим собою государство. Идеолог, который считал, будто«совершенство вселенной требует, чтобы в вещах присутствовало неравенство, дабы осуществились все степени совершенства», – такой идеолог и не мог видеть иными предпосылки достижения «общего блага» в государстве.

Защита интересов папства и устоев феодализма методами схоластики порождала определенные трудности. Например, логическое толкование тезиса «всякая власть от Бога» допускало возможность абсолютного права светских феодалов (королей, князей и др.) на управление государством, т.е. позволяло обращать этот тезис против политических амбиций римскокатолической церкви. Стремясь подвести базу под вмешательство клира в дела государства и доказать превосходство духовной власти над светской, Аквинат ввел различение трех следующих моментов (элементов) государственной власти: 1) сущности, 2) формы (происхождения), 3) использования.

640 1

Сущность властиэто порядок отношений господства и подчинения, при котором воля лиц, находящихся наверху человеческой иерархии, движет низшими слоями населения. Данный порядок заведен богом. Таким образом, по своей исконной сути власть есть установление божественное. Потому она неизменно добро, всегда нечто хорошее, благое. Конкретные же способы ее происхождения (точнее, завладения ею), те или иные формы ее конституирования, устройства могут иногда являться дурными, несправедливыми. Не исключает Аквинат и ситуаций, при которых пользование государственной властью вырождается в злоупотребление ею. Стало быть, второй и третий элементы власти в государстве подчас оказываются лишенными печати божественности. Это случается тогда, когда правитель либо приходит к кормилу власти при помощи неправедных средств, либо властвует несправедливо. И то и другое – результат нарушения заветов бога, велений римско-католической церкви как единственной власти на земле, представляющей волю Христа.

Насколько действия правителя отклоняются от воли божьей, насколько они противоречат интересам церкви, настолько подданные вправе, с точки зрения Аквината, оказывать этим действиям сопротивление. Правитель, который властвует вопреки законам бога и основоположениям морали, который превышает свою компетенцию, вторгаясь, например, в область духовной жизни людей или облагая их чрезмерно тяжелыми налогами, – тот правитель превращается в тирана. Так как тиран печется только о своей выгоде и не хочет знать общей пользы, попирает законы и справедливость, народ (в понимании Фомы Аквинского) может восстать и свергнуть его. Однако окончательное решение вопроса о допустимости крайних методов борьбы с тиранией принадлежит, по общему правилу, церкви, папству.

Тиранию Аквинат отграничивал от монархии, которую оценивал как лучшую форму правления. Он отдавал предпочтение именно монархии по двум причинам. Во-первых, ввиду ее сходства с мирозданием вообще, устроенным и руководимым одним богом, а также из-за ее подобия человеческому организму, разнообразные части которого объединяются и направляются одним разумом. Во-вторых, вследствие показаний исторического опыта, демонстрирующего (как был убежден теолог) устойчивость и преуспеяние тех государств, где властвовал один, а не множество.

Фома Аквинский, тщательно изучавший Аристотеля, имел, конечно, достаточное понятие и о других политических формах: аристократии, олигархии, демократии, смешанном правлении. Но среди всех них в качестве высшей им отмечалась монархия. Причем он выделял две разновидности монархического устройства – абсолютную монархию и монархию политическую. В сравнении с первой вторая, на взгляд Аквината, обладает рядом несомненных преимуществ. В ней весомую роль играют крупные феодалы (светские и духовные, «князья церкви»). Власть государей тут зависит от закона и не выходит за его рамки. К этой второй разновидности монархии склонялись идеологические симпатии Аквината. Их глубинные общественно-исторические истоки – интенсивно совершавшийся в XIII в. в Западной Европе (и, вероятно, воспринятый богословом как неизбежная тенденция) процесс образования феодальных сословно-представительных монархий. В христианстве (как и в любом другом вероучении) основную социально-практическую функцию выполняет содержащаяся в нем этика. Сердцевину религиозной этики составляет проблема должного. Должным здесь выступает определенный тип нормативного отношения индивида к людям, человеческим институтам в целом, изображаемый как закон самого бога. Аквинат широко применял категорию «закон» для объяснения различных явлений, свойственных политически оформленному обществу. Он разработал особую теорию закона.

Согласно Фоме Аквинскому, все законы связаны между собой нитями субординации. Пирамиду законов венчает вечный закон – универсальные нормы, общие принципы божественного разума, управляющего вселенной. Вечный закон заключен в боге, тождествен ему; он существует сам по себе, и от него производны иные виды законов. Прежде всего – естественный закон, который есть не что иное, как отражение вечного закона в человеческом разуме, в сознании мыслящих существ. Естественный закон предписывает стремиться к самосохранению и продолжению рода, обязывает искать истину (бога) и уважать достоинство людей.

Конкретизацией естественного закона служит человеческий (позитивный) закон. Его предназначение – силой и страхом принуждать людей (создания по природе несовершенные) избегать зла и достигать добродетели. В отличие от закона естественного человеческий (позитивный) закон – это императив с меняющимся содержанием. Нормы человеческого закона могут быть в разных странах весьма несхожими. То, в чем они оказываются одинаковыми, образует «право народов». Специфическое в них интегрируется в «право граждан» каждого отдельного государства. Легко заметить, что эти рассуждения Аквината повторяют уже знакомые нам конструкции римских юристов.

Говоря о человеческом (позитивном) законе, Аквинат фактически вел речь о феодальном законодательстве. Классово-политический подтекст сопряжения человеческого закона – через закон естественный – с законом вечным вполне ясен:

Наконец, еще один вид закона – божественный. Он дан в Библии и необходим по двум причинам. Во-первых, человеческий (позитивный) закон не способен полностью истребить зло.

Во-вторых, из-за несовершенства человеческого разума люди сами не могут прийти к единому представлению о правде; помочь им достичь его и призвано такое авторитетнейшее в глазах христиан руководство, как Библия.

На фундаменте этики Аквинат построил и концепцию права. Для него оно было прежде всего сферой правды, справедливости. Вслед за римскими юристами он считал справедливостью постоянное стремление воздавать каждому свое. Действие, воплощающее подобное стремление и уравненное с другим действием, есть право. Уравнивание двух этих действий, происходящее на основе их внутренней природы, дает естественное право. Если уравнивание совершается в соответствии с человеческими установлениями, то имеет место право позитивное. Как в своей теории закона, так и в концепции права Фома настойчиво проводил мысль: правовым (вернее, позитивно-правовым) человеческое установление является только тогда, когда оно не противоречит естественному праву.

Фома Аквинский – незаурядный и воинствующий защитник папства, феодально-монархического строя, непримиримый по отношению к их врагам.Особенно яростно обрушивался он на еретиков, призывая власти безжалостно расправляться с ними. «Извращать религию, от которой зависит жизнь вечная, гораздо более тяжкое преступление, чем подделывать монету, которая служит для удовлетворения потребностей временной жизни. Следовательно, если фальшивомонетчиков, как и других злодеев, светские государи справедливо наказывают смертью, еще справедливее казнить еретиков, коль скоро они уличены в ереси. »

Усердие Фомы Аквинского было оценено римско-католической церковью, присвоивший ему титул «ангельского доктора». В 1323 г. его причисляют к лику святых, а в 1879 г. схоластическая система Фомы объявляется папой Львом XIII «единственно истинной философией католицизма». Это кладет начало неотомизму.

4. Новая наука о политике. Н. Макиавелли

В истории концепций государства и права немного найдется таких, которые вызывали бы столь яростные споры их приверженцев и противников, доброжелателей и радикальных критиков, как политические идеи знаменитого итальянского мыслителя Никколо Макиавелли (1469– 1527). Большой знаток античной литературы, дипломат и политик (в частности, 14 лет работы на посту секретаря Флорентийской республики), он вошел в историю политико-юридической мысли как автор ряда замечательных трудов: «Государь» (1513), «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия» (1519), «История Флоренции» (первое издание – 1532) и др.

Исследователи согласны в том, что творческое наследие Макиавелли по своему духовному содержанию весьма противоречиво. Объяснение этому ищут в характере самой личности писателя, во влиянии на него драматически сложной эпохи, современником и вдумчивым аналитиком которой он был. Отмечают его пламенную любовь к отечеству, тяжко страдавшему от внутренних междоусобиц, неистовства мелких тиранов, вмешательства церкви в светские дела, вторжений иноземных держав. Также не без оснований подчеркивают его симпатии республиканскому строю, отдельным демократическим институтам.

По иронии судьбы вышло так, что отмеченные сейчас (и иные подобные им) особенности Макиавелли как практического деятеля и политического писателя запечатлелись главным образом в «Рассуждениях. «, «Истории Флоренции» и в некоторых других его произведениях. Однако наибольший след в развитии мировой политической мысли оставили, конечно, не они, а макиавеллиевский «Государь». Но в нем-то как раз республикански-демократические мотивы, гражданско-гуманистические ноты звучат максимально приглушенно (если звучат вообще). Тут нет ничего удивительного. Макиавелли писал его вовсе не для прославления демократических и республиканских ценностей, не ради апологии права и гуманизма.

«.Государь» при первом ознакомлении с ним предстает трактатом (скромным по объему) о роли, месте и значении правителя, главы государства в Италии и Европе XVI в. Более внимательное его изучение показывает: в человеческих качествах и поведении государя Макиавелли на свой лад раскрывает черты, закономерности политической деятельности персонифицированного в нем (т. е. в правителе) самого государства. В этой установке на выявление природы государства, а не в составлении портрета нужного стране правителя и даче ему советов, приспособленных к злобе дня, заключается глубокий концептуальный смысл «Государя». Дальше разговор будет идти в основном о нем.

Мировоззренческая позиция Макиавелли при рассмотрении им вопросов политики, государства – позиция религиозного индифферентизма. Он практически исключает религиозную точку зрения из арсенала своих объяснительных средств. Главный авторитет для него – опыт истории. Трактовка политики отделяется таким образом от теологии, религиозная аргументация устраняется из государствоведения. Макиавелли постулирует новый, по существу не известный ни античным писателям, ни мыслителям средневековья, закон: политические события, изменения в государстве, смена его форм происходят не по воле божьей, не по прихоти или фантазии людей, но совершаются объективно, под воздействием «действительного хода вещей, а не воображаемого».

Постулат самостоятельной трактовки политики, принятый Макиавелли, побудил его отъединить государство-ведение не только от теологии. Это же он делает по отношению к этике. С его точки зрения, неуместно, нереалистично осмысливать и решать политические проблемы, находясь в кругу моральных критериев и суждений, ибо власть, политика, технология политического господства (им в первую очередь посвящен «Государь») – изначально явления внеморального плана.

Автор «Государя» мало озабочен решением этических вопросов. Главное для него выяснить: «какими способами государи могут управлять государствами и удерживать власть над ними». Прежде всего, полагает Макиавелли, созданием прочного фундамента власти. Власть государя «должна покоиться на крепкой основе, иначе она рухнет. Основой же власти во всех государствах. служат хорошие законы и хорошее войско. Но хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска, и, наоборот, где есть хорошее войско, так хороши и законы». Логично, что у Макиавелли опора законов (так же, как опора государственной власти) – армия, вооруженная сила. О праве, справедливости и т. п. речи нет.

Читайте также:  кредит под залог недвижимости в втб с плохой кредитной историей

Есть ряд политических приемов, с помощью которых государь в состоянии достичь высшей своей цели. Государь, «если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра». Чтобы удержаться у власти, благоразумный государь не станет пренебрегать теми пороками, которые на деле обеспечивают ему благополучие и безопасность. Не грех государю «ради сохранения государства» пойти против своего же слова. Поскольку о действиях всех людей заключают по результатам, «пусть государи стараются сохранить власть и одержать победу»; надо заимствовать из истории все наилучшее и наиболее достойное для сохранения государства. Государственная власть должна быть твердой и решительной; содействовать этому призвано – помимо всех прочих мер – ее прославление и возвеличивание. Для Макиавелли самосохранение и упрочение политической власти практически любой ценой – доминирующий интерес государственности.

Государство (введение самого термина stato, т. е. «государство» в политическую науку Нового времени связывают с Макиавелли) выступает монополистом публично-властных прерогатив. Оно трактуется в «Государе» преимущественно в значении аппарата, управляющего подданными, народом, обществом. Такой государственный аппарат включает в себя государя и его министров, чиновников, советников, прочих должностных лиц, другими словами, то, что современным языком можно было бы назвать центральной администрацией. Этому аппарату, а вернее, конечно, государю, распоряжающемуся им, принадлежит публичная власть – право командовать государством, страной по своему усмотрению. Государь не должен допускать того, чтобы политическая власть в стране находилась еще в чьих-то руках; он обязан концентрировать ее всю только у себя.

Симпатии свои Макиавелли отдает тем единолично управляемым государствам, «где государь правит в окружении слуг, которые милостью и соизволением его поставлены на высшие должности, помогают ему управлять государством». Управляя с помощью слуг, государь «обладает большей властью, так как подданные по всей стране знают лишь одного властелина; если же повинуются его слугам, то лишь как чиновникам и должностным лицам, не питая к ним никакой привязанности». Государь просто поручает своим чиновникам и должностным лицам практическое выполнение его (и только его) воли.

В «Государе» мало говорится о деятельности правителя, обращенной непосредственно к потребностям и интересам самих управляемых (народа, знати, войска и проч.). По отношению к управляемым Макиавелли советует государю выступать главным образом в облике опекуна народа. При этом правителю следует пребывать в убеждении, что знать – честолюбива, а народ – необузданная масса. Ему следует хорошо помнить, что в мире нет ничего, кроме черни, которая прельщается внешними эффектами и успехом. Умелый государь занимается наведением порядка в стране (городе), исключающим совершение преступлений должностными и частными лицами. Он ограждает подданных от грабежа чиновников, предоставляет обиженным возможность взывать к его (государя) суду. Плох тот правитель, который не столько опекает своих подданных, сколько обирает их, который не ищет путей их умиротворения. Обеспечивая спокойствие в стране, государь тем самым повышает авторитет верховной (т. е. своей) власти.

Набор благодеяний, идущих от государства к подданным, узок. Военные и полицейско-охранительные меры (обеспечение внешней безопасности, устранение внутреннего беспорядка), покровительство ремеслам, земледелию и торговле – вот почти и все. В этом наборе нет, например, места такому благодеянию, как предоставление подданным гарантированных прав и свобод, особенно политических. «Государь» на сей счет занимает, в общем, позицию умолчания. Она не случайна.

Там, где жизнь людей направляется приказом, где ими командуют, с правами и свободами подвластных одни только хлопоты. Кроме того, сам Макиавелли склонен считать, что подданные не очень уж заинтересованы в обладании такими правами и свободами. Людей волнует не их отсутствие, а прежде всего возможность сохранять в неприкосновенности свою собственность. Они в состоянии, думает Макиавелли, смириться с утратой свободы, престижа, власти (влияния), но никогда и никому не простят потерю имущества.

Опекая подданных, воздерживаясь (при отсутствии экстраординарных обстоятельств) от «притеснения» народа, государю одновременно нужно совершать все свои действия, адресуемые подданным и рассчитанные на их восприятие, именно как благодеяния. Обычно люди не надеются получить от государства что-либо полезное, хорошее для себя. Поэтому, когда они видят «добро со стороны тех, от кого ждали зла, особенно привязываются к благодетелям». В отличие от обид, которые, по Макиавелли, надо наносить разом, благодеяние разумно оказывать малыми порциями, чтобы оно длилось дольше и чтобы подданные ощутили его как можно полней, лучше.

Макиавелли прекрасно сознает, что непременным условием осуществления политической власти в видах, угодных государю, является согласие с ней подданных. Он буквально заклинает правителя ни в коем случае не навлекать на себя их антипатии: «презрение и ненависть подданных – это то самое, чего государь должен более всего опасаться». Завоевывать расположение народа – вот его задача. Ему надлежит принять меры к тому, чтобы граждане всегда и при любых обстоятельствах имели потребность в нем, если люди отчуждаются от него, то в таком случае оказывается обреченным и народ – он ввергается в пучину анархии, беспорядка.

Каким образом добиться от подданных того, чтобы они действовали соответственно воле государя и чтобы его власть в стране (городе) осуществлялась нормально? По Макиавелли, такая власть осуществляется нормально, если подданные полностью повинуются государю. Оно (повиновение) возможно. Есть два способа достижения повиновения. Первый – любовь к государю. Второй – страх перед ним. Что эффективней и надежней? С точки зрения Макиавелли, лучше всего, разумеется, «когда боятся и любят одновременно, однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбирать «страх» и поддерживать его «угрозой наказания, которой невозможно пренебречь».

Делая выбор в пользу страха как такого состояния, которое вернее всего гарантирует государству (государю) покорность его подданных, Макиавелли руководствуется одной из основных аксиом своей политической философии – аксиомой об исконной, от их асоциальной, антиобщественной природы идущей порочности людей – существ эгоистичных и злобных. О людях в целом, убежден автор «Государя», «можно сказать, что они неблагодарны и непостоянны, склонны к лицемерию и обману, что их отпугивает опасность и влечет нажива». Столетие спустя макиавеллиевскую идею асоциальной сущности человека воспримет и разовьет Т.Гоббс.

В «Государе» от угрозы наказания, поддерживающей в людях страх перед государством, до самого наказания, расправы расстояние почти незаметное. Правитель, чтобы заставить своих подданных безропотно повиноваться ему, не должен пренебрегать самыми суровыми, нещадными карами. Жестокость допустима не только в военное, но и в мирное время. Например, людей, причисляемых к врагам государственной власти, опасных для нее, государь волен просто уничтожать. Опасаться ответственности ему нечего. Государи находятся вне юрисдикции суда: с государей «в суде не спросишь». Их решения, касающиеся частных дел подданных, должна быть бесповоротными. Вообще подданным нужно постоянно давать чувствовать абсолютную непререкаемость государственной власти.

Эту непререкаемость может сообщить государственной власти только верховная воля, единая и ни от кого не зависящая, господствующая над всем безгранично и безусловно. Лишь такая воля способна обеспечивать само существование государства, его могущество и порядок в стране. В словаре Макиавелли нет понятия «государственный суверенитет». Однако его представления о свойствах, которыми должна обладать государственная власть, показывают, что фактически он совсем близко подошел к формулированию данного понятия – одного из важнейших для науки о государстве, для характеристики природы государства.

Гуманистический дух эпохи Возрождения, каким его наследовал европейский XVI в., «Государя» едва коснулся. В этом труде доминирует, как нам уже известно, отнюдь не превознесение высокого достоинства человеческой личности, создающей и творящей самое себя. Нет в нем апологии свободной воли, направленной к добру и общему благу; нет рассуждений о призвании индивида к гражданско-нравственной деятельности на поприще политики. В фокусе этого макиавеллиевского сочинения – идеальный правитель и технология его властвования. Прообразом же подобного правителя выступает Цезарь Борджиа – поистине сатанинский злодей, в котором автор хотел видеть великого государственного мужа, объединителя Италии.

Отмеченный разлад Макиавелли с гуманизмом проистекает не из прихотливых личных симпатий и антипатий флорентийца. Его (т. е. разлада) глубинные истоки лежат в трагическом несовпадении (а зачастую в открытом конфликте) двух качественно отличных друг от друга измерений, двух разных способов социального бытия: этического и политического. У каждого из них свои собственные критерий: «добро» – «зло» у первого, «польза» – «вред» («выигрыш» – «проигрыш») у второго. Заслуга Макиавелли в том, что он до предела заострил и бесстрашно выразил это объективно существующее соотношение политики и морали.

5. Реформация (от лат. reformatio — преобразование, исправление), в 16 в. широкое, сложное по социальному содержанию и составу участников общественно-политическое и идеологическое движение, принявшее религиозную форму борьбы против католического учения и церкви и имевшее в своей основе антифеодальный характер; охватило большинство стран Западной и Центральной Европы. В узком, буквальном смысле Р. — проведение религиозных преобразований в духе протестантизма.

Самые общие, глубинные причины, вызвавшие Р., связаны с разложением феодального способа производства, зарождением новых, капиталистических отношений и новых классов, обострением социально-политических противоречий. Р. являлась первым ударом по феодализму. В силу религиозного характера средневековой идеологии он оказался направленным против церкви, являвшейся неотъемлемой составной частью феодальной системы и дававшей религиозную санкцию феодальному строю. «Для того, чтобы возможно было нападать на существующие общественные отношения, нужно было сорвать с них ореол святости» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 7, с. 361). Уже гуманистическое движение эпохи Возрождения с его критикой средневекового миросозерцания и утверждением принципов буржуазного индивидуализма во многом идейно подготовило Р. Не менее важным источником идей Р. были средневековые ереси. В еретических учениях, особенно в тех из них, которые развивались в условиях острых социальных столкновений 14—15 вв. (выступления Дж. Уиклифа и лоллардов в Англии, Яна Гуса, а затем чашников и таборитов в Чехии), были сформулированы положения, предвосхитившие многие идеи Р. 16 в.

Идеологи Р. сформулировали учение о том, что человек для спасения своей (греховной) души не нуждается в посредничестве церкви (в её католическом понимании), — спасение достигается не внешним проявлением религиозности (не «добрыми делами»), а лишь внутренней верой каждого в искупительную жертву Христа («оправдание верой»). Этим отрицалась необходимость католической церкви со всей её иерархией во главе с папой, духовенства как особого слоя, которое, по учению католической церкви, одно может передать человеку «божественную благодать» и обеспечить спасение его души; отрицались учение католицизма о «сокровищнице добрых дел», связанные с ним индульгенции и т.д. Реформаторы провозгласили единственным источником религиозной истины Священное писание, отрицая в качестве такового Священное предание. Из отрицания феодализированной католической церкви следовало отрицание церкви как крупного феодального собственника (проведение Р. повсеместно сопровождалось секуляризацией церковного имущества, прежде всего огромной земельной собственности католической церкви), монастырей и монашества, церковной десятины и других поборов; отрицание пышного католического культа и др.

Центром и исходным пунктом реформационного движения явилась Германия, которая благодаря особенностям своего социально-экономического и политического развития стала в 1-й четверти 16 в. ареной первого акта буржуазной революции в Европе (см. в ст. Германия). Здесь одной из главных задач антифеодальной революции было преодоление феодальной раздробленности, установление государственного единства, и в этих условиях выступление против церкви, которая беспрепятственно эксплуатировала в пользу папства раздробленную страну и сделалась объектом всеобщей ненависти, приобретало особое значение. Выступление 31 октября 1517 Лютера в саксонском г. Виттенберге с 95 тезисами против торговли папскими индульгенциями послужило сигналом к началу широкого общественного движения. Первоначально оно объединяло различные слои оппозиции: бюргерство, крестьянско-плебейские массы, рыцарство; к Р. присоединилась также часть князей. Однако уже с 1520—21 началось размежевание различных примкнувших к Р. классов и групп. Народная Р. вылилась в Крестьянскую войну 1524—26, явившуюся кульминационным пунктом движения. В этих условиях умеренно консервативные круги немецкого бюргерства, идеологом которых был Лютер, пошли на компромисс с феодально-княжеским лагерем. Радикальное бюргерское направление Р. (Карлштадт, Буцер) не смогло занять в Германии ведущего места. Народное движение (Крестьянская война, затем Мюнстерская коммуна 1534—35) было подавлено. Это позволило германским князьям использовать Р. в своих целях. Князья Саксонин, Мекленбурга, Померании, Бранденбурга, Гессена, Пфальца, Брауншвейга и др., проведя в своих землях Р., присвоили себе все церковные богатства. Последовала длительная борьба между протестантскими и католическими князьями (последние объединились вокруг императора). Она завершиласьАугсбургским религиозным миром 1555, но с новой силой разгорелась во время Тридцатилетней войны 1618—48.

В Дании начало распространения реформационных идей относится к правлению Кристиана II (1513—23) и Фредерика I (1523—33). Крупнейшим деятелем датской Р. был Х.Таусен. В 30-х гг. под знаменем Р. развернулось народное движение, которое переплелось с борьбой внутри господствующего класса (см. «Графская распря» 1534—36). Кристиан III, подавив движение, провёл королевскую лютеранскую Р. (1536), использовав её в своих политических целях. Насильственное проведение лютеранской Р. в Норвегии (1536) и Исландии (с 1540), подвластных Дании, было использовано для усиления там датского господства. Введение королевской Р. в Швеции, освободившейся при Густаве I Ваза от датского господства, было средством упрочения самостоятельной королевской власти и династии Ваза в стране (крупнейшие деятели шведской Р. — братья О. Петри и Л. Петри, её юридическое оформление и законодательное закрепление произошло на Вестеросских риксдагах 1527 и 1544, на общешведском церковном соборе 1529 в Эребру). Р. была проведена и в Финляндии, подчинённой Швеции (крупнейший деятель финской Р. — М. Агрикола ).

Центрами Р. в Швейцарии стали экономически развитые кантоны и города (Цюрих, Берн, Базель, Женева). Отсталые лесные кантоны (Швиц, Ури, Цуг и др.) и дворянство остались в лагере феодально-католической реакции. Они сопротивлялись распространению Р. и стремлению городских кантонов к государственной централизации. Р. в Цюрихе (где проходила деятельность Цвингли), Берне, Базеле и других городах была проведена в 20-х гг. 16 в. и первоначально приняла форму цвинглианства. Одновременно развернулось и крестьянско-плебейское движение, которым руководили анабаптисты. Однако бюргерство не поддержало этого движения, подавленного вскоре после поражения Крестьянской войны в Германии. В Женеве после прихода к власти в городе прогрессивных бюргерских элементов (преимущественно из числа «новых горожан» — переселенцев из Франции и других стран) в 40-х гг. 16 в. оформилось новое течение Р. — кальвинизм. Вскоре он вышел на всеевропейскую арену, дав нарождавшейся буржуазии идеологию, которая обосновывала её притязания на политическое господство.

Первыми проповедниками Р. во Франции были Ж. Лефевр д’Этапль и Г. Брисонне (епископ в Мо). В 20—30-х гг. 16 в. среди богатых горожан и плебейских масс распространялись лютеранство и анабаптизм. Новый подъём реформационного движения, но уже в форме кальвинизма, относится к 40—50-м гг. Кальвинизм явился во Франции идеологическим знаменем как социального протеста плебейства и нарождавшейся буржуазии против феодальной эксплуатации, так и оппозиции реакционно-сепаратистской феодальной аристократии крепнувшему королевскому абсолютизму; последний же для укрепления своей власти использовал во Франции не Р., а католицизм, утверждая в то же время независимость французской католической церкви от папского престола (королевское галликанство). Оппозиция различных слоёв абсолютизму вылилась в так называемыеРелигиозные войны, закончившиеся победой королевского абсолютизма и католицизма.

В габсбургских землях (Австрии, Чехии, части Венгерского королевства) реформационное движение стало знаменем не только антифеодальной борьбы масс, но и освободительной борьбы против национального угнетения, а также (для части дворянства) формой выражения оппозиции централизаторским устремлениям Габсбургов.

В Польше Р. была использована преимущественно феодалами (как магнатами, так и шляхтой), захватившими в результате её проведения церковные земли.

Р. (в её радикальных формах) представляла серьёзную угрозу феодальному строю. Развернувшееся с середины 16 в. реакционное движение против Р., возглавлявшееся папством, — контрреформация — привело к подавлению Р. в габсбургских землях, части Германии, Польше, были пресечены и слабые попытки реформационного движения в Италии и Испании.

Иными были судьбы Р. в Нидерландах и Англии — экономически передовых странах Европы 16 в. В Нидерландах кальвинизм стал идеологическим знаменем Нидерландской буржуазной революции 16 века. Он получил распространение не только среди буржуазии (и части антииспански настроенного дворянства), но и среди крестьянско-плебейских масс. Кальвинистские консистории стали центрами, сочетавшими проповедь реформационных идей с организационно-политическим руководством массами. В северных провинциях Нидерландов, где победила революция, была проведена Р.: имущество католической церкви постепенно конфисковано, католическое вероисповедание заменено кальвинизмом, ставшим здесь официальной религией (1573—74).

Читайте также:  лучшие отели в турции для семей с детьми

Р. в Англии имела свои отличительные черты. В 16 в. Англия была страной крепнувшего абсолютизма, вступившего в острый конфликт с папством. Итогом этого конфликта был акт 1534 о супрематии (верховенстве), в силу которого король стал главой англиканской церкви. Англиканская церковь стала государственной церковью, опорой абсолютизма, а англиканское вероисповедание принудительным. Но Р. в Англии, проведённая «сверху», оказалась половинчатой, незавершённой (сохранение епископата и епископских земель, сохранение в культе и вероучении многочисленных элементов католицизма, в частности пышной обрядности, и т.д.). Поэтому обострение социальной борьбы, вызванное сдвигами в экономике страны, и нараставшая оппозиция абсолютизму сопровождались требованием углубления Р. Со 2-й половины 16 в. в Англии всё больше распространяется кальвинизм, последователи которого назывались здесь пуританами. В ходе Английской буржуазной революции 17 века, которая, подобно Нидерландской, совершалась под знаменем кальвинизма, пуританская оппозиция распалась на ряд самостоятельных партий (см. Пресвитериане, Индепенденты, Левеллеры). С конца 17 в. кальвинизм в Англии перестал быть политическим течением и его роль ограничивается религиозно-идеологической сферой; государственной церковью осталась англиканская.

Реформационное движение в целом было важным этапом в борьбе с феодализмом. В ряде стран Р. стала формой, в которую облекались буржазные революции мануфактурного периода. В результате Р. католическая церковь утратила монопольное положение в Западной Европе: в странах, где победила (в религиозном отношении) Р., — на части территории Германии, Швейцарии, в скандинавских странах, Англии и Шотландии, Нидерландах, части Венгерского королевства — возникли новые — протестантские — церкви (см.Протестантизм). Секуляризация церковных земель подорвала здесь экономическое могущество католической церкви. В этих странах Р. удешевила и упростила церковную организацию, придала также божественную санкцию нормам буржуазной практики и морали. В странах, где победила Р., церковь оказалась в большей зависимости от государства, пользовалась меньшей властью, чем в странах господства католицизма, что облегчало развитие науки и светской культуры. Духовная диктатура церкви была сломлена. Р. оказалась последним крупным антифеодальным движением, проходившим под религиозной оболочкой. Новый этап борьбы с феодализмом проходил уже под знаменем прогрессивных форм светской идеологии (Просвещение и др.).

6. В 1516 г. была опубликована «Весьма полезная, а также и занимательная, поистине золотая книжечка о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия мужа известнейшего и крас-норечивейшего Томаса Мора, гражданина и шерифа славного города Лондона». Англичанин Томас Мор (1478—1535), правовед по образованию, прославился как блестящий адвокат, был избран в парламент, затем занимал должность судьи, помощника шерифа г. Лондона и другие должности. «Утопия» создана во время поездки во Фландрию в составе посольства.

Сочинение написано в форме диалога: мореплаватель рассказывает автору и другим лицам о различных народах и странах, в том числе об острове Утопия.

В первой части сочинения Мор дал резкую критику огораживания и кровавого законодательства современной ему Англии. Порицая бессмысленную жестокость многочисленных законов, направленных против краж и бродяжничества, Мор остро ставит вопрос о причинах преступности в современном ему обществе. Основная причина всех вообще пороков и бедствий, считал Мор, — частная собственность и обусловленные ею противоречия интересов личности и общества, богатых и бедных, праздности и изнурительного труда, роскоши и нищеты. Частная собственность и деньги порождают преступления, которые «подвергаются ежедневной каре, но не обузданию», общество само «создает воров и одновременно их карает».

Взгляд на собственность как основу общества, определяющую его структуру, психологию, нравы, учреждения, законы, позволил Мору сделать ряд новых выводов о сущности государства и права. «При неоднократном и внимательном созерцании всех процветающих ныне государств, — писал Mop, — я могу клятвенно утверждать, что они представляются не чем иным, как неким заговором богачей, ратующих под именем и вывеской государства о своих личных выгодах». Богачи используют государство «во-первых, для того, чтобы удержать без страха потери то, что стяжали разными мошенническими хитростями, а затем для того, чтобы откупить себе за возможно дешевую плату работу и труд всех бедняков и эксплуатировать их, как вьючный скот. Раз богачи постановили от имени государства, значит, также и от имени бедных, соблюдать эти ухищрения, они становятся уже законами».

Автор «Утопии» одним из первых подчеркнул и то, что сложность и запутанность законодательства, охрана его жесточайшими наказаниями отвечают интересам богачей и направлены против трудящихся. Уже сами условия жизни простого народа, его приниженное положение не дают возможности разобраться в сложном законодательстве, истолковать и понять его запутанные положения. «Да ему и жизни на это не хватит, — замечал Mop, — так как она занята у него добыванием пропитания». Эгоизмом богачей обусловлено также применение суровых, несправедливых наказаний к неимущим, перед которыми стоит «жестокая необходимость сперва воровать, а потом погибать».

Во второй части книги описываются учреждения и нравы жителей острова Утопия, находящегося в Новом Свете, где-то в южном полушарии (Утопия по-гречески — «место, которого нет»). В Утопии существуют общность имуществ и всеобщая обязательность труда; это коренным образом отличает общественный и политический строй утопийцев от порядков всех других государств.

Утопия — своеобразная федерация 54 городов. Утопийский сенат (по три представителя от каждого города) обсуждает общие дела острова — перераспределение продуктов, рабочей силы, прием иностранных посольств и др.

Устройство и управление каждого из городов одинаковы. В городе 6000 семей; в семье — от 10 до 16 взрослых. Каждая семья занимается определенным ремеслом (разрешен переход из одной семьи в другую). Для работы в прилегающей к городу сельской местности образуются «деревенские семьи» (от 40 взрослых), в которых житель города обязан проработать не менее двух лет (поощряются горожане, остающиеся в деревенской семье сверх этого срока).

Должностные лица в Утопии выборные. Каждые 30 семей избирают на год филарха (сифогранта); во главе 10 филархов стоит протофиларх (транибор). Протофилархи избираются из числа ученых. Они образуют городской сенат, возглавляемый князем. Князь (принцепс) избирается филархами города из кандидатов, предложенных народом. Должность князя несменяема, если он не заподозрен в стремлении к тирании. Наиболее важные дела города решают народные собрания; они же избирают большую часть должностных лиц и заслушивают их отчеты.

При описании государственных учреждений Утопии Морвомногом следовал античным образцам (государство-город, смешанная республика и др.). Вместе с тем он высказал ряд суждений о коренном изменении задач и методов деятельности государства, основанного на общественной собственности. Органы власти Утопии осуществляют общее руководство народным хозяйством и образованием. Именно поэтому должностные лица избираются из среды ученых (траниборы — члены городских сенатов); по той же причине создаются специальные учреждения для координации производства и потребления в масштабах страны (общеутопийский сенат).

Томас Мор подчеркивает демократизм учреждений утопийцев: «Между собой они живут дружно, так как ни один чиновник не проявляет надменности и не внушает страха. Их называют отцами, и они ведут себя достойно. Должный почет им утопийцы оказывают добровольно, и его не приходится требовать насильно». Когда возможно, государство сокращает и без того короткий (шестичасовой) рабочий день. В Утопии существует широкая веротерпимость. Там много сект и религий. Запрещено лишь возбуждать религиозный фанатизм, осуждать верования других (однако атеисты не могут занимать должности, а также публично защищать безбожие).

Государство стремится обойтись без лишних запретов и регламентации. Имеются общественные столовые, но можно готовить пищу дома. «Хотя никому не запрещено обедать дома, но никто не делает этого охотно, потому что считается непристойным и глупым тратить труд на приготовление худшей еды, когда во дворце, отстоящем так близко, готова роскошная и обильная». Государство широко использует меры поощрения лиц, совершающих полезные для общества действия. В Утопии окружены всеобщим почетом граждане, добровольно исполняющие особо трудные или неприятные работы. Вместе с тем обязанность сифогрантов — наблюдать, чтобы никто не сидел праздно, а чтобы каждый усердно занимался своим ремеслом.

Новы и оригинальны рассуждения Мора о праве в Утопии. Поскольку в Утопии нет частной собственности, споры между утопийцами редки и преступления немногочисленны; поэтому утопийцы не нуждаются в обширном и сложном законодательстве. «У утопийцев законоведом является всякий. Ведь. у них законов мало, и, кроме того, они признают всякий закон тем более справедливым, чем проще его толкование». «Утопийцы считают в высшей степени несправедливым связывать каких-нибудь людей такими законами, численность которых превосходит возможность их прочтения или темнота — доступность понимания для всякого».

Очень своеобразно для своего времени Мор решает проблему наказания. Протестуя против применения смертной казни за кражу, Мор противопоставлял жестокому законодательству современной ему Англии законы живущего где-то на востоке народа, по которым преступников не казнят, а присуждают к общественным работам. Аналогичное законодательство существует в Утопии; утопийцы, совершившие тяжкое преступление, обращаются в «рабство».

К войнам Мор относился отрицательно. Политике феодальных монархов, помышлявших в основном о завоеваниях и военной славе, он противопоставлял миролюбие утопийцев. «Утопийцы сильно гнушаются войною, как деянием воистину зверским. вопреки обычаю почти у всех народов, они ничего не считают в такой степени бесславным, как славу, добытую войной».

Мор осуждал вероломство внешней политики современных ему правителей, которые находят каверзы в словах договоров, хитро их перетолковывают, изыскивают лазейки для увертки от договора и от верности. Описывая эти ухищрения монархов и их советников, Мор замечал: «А окажись такое лукавство, или скорее обман и коварство, в соглашении частных лиц, то эти же самые лица стали бы весьма высокомерно кричать, что это — святотатство и заслуживает виселицы».

В те же годы, когда Макиавелли писал свои сочинения, в которых обосновывалась необязательность общепризнанных норм морали для правителей и государственных деятелей, Мор ставил и решал ту же проблему противоположным образом. Он подверг критике основное положение, из которого вырос макиавеллизм, — противопоставление сферы политики нравственным связям частных лиц. Не зная произведений Макиавелли, Мор опровергает их основную идею — представление о том, что в государственной деятельности действуют какие-то особые нормы справедливости, отличные от общепризнанных норм морали.

Постоянное нарушение правителями договоров, прикрытое различными лукавыми ухищрениями, возмущался Мор, означает, что «или вся справедливость представляется только презренной и низменной, сидящей далеко ниже высокого трона царей, или существуют по крайней мере две справедливости: одна из них приличествует простому народу, ходящая пешком и ползающая по земле, спутанная отовсюду многими оковами, чтобы она нигде не могла перескочить ограды; другая — добродетель государей; она — величественнее предыдущей народной, а вместе с тем и значительно свободнее ее, поэтому ей все позволено, кроме того, что ей не угодно».

Основным препятствием на пути учреждения нового строя Т. Мор считал жадность и гордость богачей. Он рассчитывал на разум (рационалистическое обоснование преимуществ общественной собственности, всеобщего равенства и общего труда) и случай (в сочинении Мора — философ Утоп, основавший новое государство и учредивший его законы).

Другие произведения Т. Мора не столь значительны, как «Утопия», принесшая ему всемирную славу. Вскоре после опубликования этой книги английский король Генрих VIII приблизил к себе Мора, назначая его на высокие государственные должности вплоть до высшей — лорда-канцлера. Разрыв Генриха VIII с римским папой явился одной из причин отставки Мора, отрицательно относившегося к Реформации. Мор был казнен по обвинению в государственной измене за отказ присягнуть королю как главе церкви. Поскольку Мор пострадал за веру, католическая церковь канонизировала (1886 г.) автора «Утопии».

Последующие теоретики раннего коммунизма испытали на себе сильное влияние «Утопии», в том числе и новых идей о государстве и праве.

Эти идеи получили развитие в произведениях Томмазо (Джиана Доменико) Кампанеллы (1568—1639). Доминиканский монах Кампанелла был заключен в тюрьму за участие в подготовке восстания против испанского ига в Калабрии (южная Италия). В тюрьмах; где он провел около 27 лет, Кампанелла написал, в числе других произведений, «Город Солнца» (издано в 1623 г.).

При описании общественного строя Города Солнца Кампанелла во многом следует «Утопии» Томаса Мора. Город находится где-то на острове около экватора. Он основан народом, решившим «вести философский образ жизни общиной». Здесь нет частной собственности, все трудятся в соответствии со своими природными склонностями, труд почетен. Воспитание и обучение связаны с производительным трудом, организуются и регулируются государством.

Мысли Кампанеллы о наилучшем общественном строе отличаются от взглядов Мора тем, что Кампанелла, подобно Платону, пытался распространить принцип общности на брачно-семейные отношения; соответственно этому производственной ячейкой в Городе Солнца является не семья, а мастерская или бригада. Всячески подчеркивая вслед за Мором почетность труда, Кампанелла осуждает рабство; поэтому преступников в Городе Солнца не присуждают к общественным работам. Вместе с тем в описании порядков Города Солнца значительно резче, чем в «Утопии», сказались уравнительность и грубый аскетизм. Вся жизнь соляриев (жителей Города Солнца) тщательно регламентирована. Они носят одинаковую одежду, получают одинаковую пищу (только в общественных столовых), военным строем отправляются работать, питаться, отдыхать, развлекаться.

Кампанелла полагал, что в обществе, основанном на общей собственности, сохранится государство. Однако государство, им описанное, отличалось от всего, что было известно истории политической мысли и государственных учреждений. Власть и управление в Городе Солнца основываются на трех принципах: 1) главными задачами нового государства будут организация производства и распределения, управление воспитанием граждан; 2) эти задачи государства обусловливают значительную роль ученых в осуществлении власти и управления; 3) новый общественный строй требует участия народа в управлении государством. Мор, наметивший эти принципы, считал возможным их осуществление в рамках соответствующим образом модифицированной смешанной республики, воспроизводящей ряд характерных черт античных и средневековых городских республик. Кампанелла же изображает организацию государственной власти, не имеющую аналогии в истории.

Ученые и лица, сведущие в какой-либо отрасли знания или искусства, образуют централизованную иерархию должностных лиц. Во главе Города стоит верховный правитель — Солнце (Метафизик) — всесторонне образованный человек, сведущий во всех науках, искусствах, ремеслах. Соответственно трем главным атрибутам бытия (мощь, мудрость, любовь) ему помогают три соправителя: Пон (Сила — ведает военным делом), Син (Мудрость — руководит развитием наук), Мор (Любовь — управляет воспитанием, деторождением, сельским хозяйством, производством продуктов питания, одежды и др.).

Коллегии высших должностных лиц подчинены лица, ведающие узкими специальностями (таковы, в частности, Агроном, Скотовод, Воспитатель, Экономист, Перспективист, Геометр, Поэт, Астроном). Имеются начальники отрядов, главные мастера; существуют и такие должности, как Правосудие (уголовное и гражданское), Мужество, Великодушие, Усердие, Бодрость, и т.д. Власть должностных лиц опирается на всеобщее уважение и добровольное подчинение; они распоряжаются при производстве работ, решают споры, наказывают нарушителей порядка, поощряют достойных, воспитывают и обучают подрастающее поколение.

В Городе Солнца дважды в лунный месяц созывается общее собрание всех соляриев, достигших 20-летнего возраста. На Большом Совете, как называется это собрание, каждому предлагается высказаться о том, какие есть в государстве недочеты. На Большом Совете обсуждаются все важные вопросы жизни государства.

Весьма оригинальны мысли Кампанеллы о способах сочетания демократии и правления ученых-специалистов. Кандидатуры на тот или иной пост предлагаются воспитателями, старшими мастерами, начальниками отрядов и другими должностными лицами, знающими, кто из соляриев к какой должности более пригоден; в Большом Совете каждый может высказаться за избрание или против него; решение о назначении на должность выносится коллегией должностных лиц (четыре главных правителя, руководители соответствующих наук или ремесел, начальники отрядов).

Большому Совету принадлежит право поддержать или, наоборот, предотвратить назначение какого-либо лица; еще обширнее права Совета в контроле, критике и смене должностных лиц — здесь ему принадлежит решающее слово. Как видно, Кампанелла, считавший для исполнения той или иной должности необходимыми специальные познания, четко понимал, что даже и наличие таких познаний не дает права оставаться в должности лицу, не завоевавшему популярности у сограждан.

Должностным лицам помогают советом так называемые жрецы, которые определяют дни посева и жатвы, ведут летопись, занимаются научными изысканиями (в том числе модной тогда астрологией, которую Кампанелла в духе времени считал важной наукой).

Кампанелла порицал аморализм политиков и тиранов, придумавших понятие «государственная необходимость», которое сводится, как он писал, к выгодному только им правилу — «для сохранения и приобретения власти можно преступить любой закон». Кампанелла с горечью писал: «Государи почитают Макиавелли за Евангелие. Ведь никто не верит ни в Библию, ни в Коран, ни в Евангелие, а все ученые и государи суть политики — макиавеллисты».

Представления Кампанеллы о путях утверждения нового общества туманны. Город Солнца основан неким мифическим народом, сведущим в философии и астрологии. По мере распространения необходимых познаний весь мир придет к тому, что будет жить согласно их (соляриев) обычаям. Порядки Города Солнца он называет, как и Утопию Томаса Мора, «образцом для посильного подражания», государственным устройством, «открытым посредством философских умозаключений».

Источник

Adblock
detector